поиск по сайту

RSS-материал

Проекты CRM Документы


Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования


Эскалация Гражданской войны: от Брестского мира до окончания Первой мировой войны.

     После подписания мира Троцкий покинул пост наркома иностранных дел и 14 марта 1918 г. был назначен народным комиссаром по военным и морским делам. В этом качестве ему было суждено сыграть ключевую роль в создании Красной Армии. Поскольку Российская Императорская армия в ходе революционных потрясений была полностью разложена и потеряла боеспособность, возникла необходимость ее демобилизации и создания новой армии, призванной защищать интересы советского государства. На заседании военной организации при ЦК РСДРП(б) 26 декабря 1917 г. было решено создать за полтора месяца армию в 300 тыс. человек, для чего была образована Всероссийская коллегия по формированию Рабочей и Крестьянской Красной Армии. Разработанные коллегией принципиальные основы строительства армии были утверждены в январе III Всероссийским съездом советов. 15(28) января СНК был издан декрет о создании на добровольных началах Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА), а 29 января (11 февраля) - Рабоче-Крестьянского Красного Флота (РККФ). Определение «рабоче-крестьянская» подчеркивало классовый характер армии диктатуры пролетариата и то, что она должна была комплектоваться только из трудящихся города и деревни.

    Вся техническая работа по организации обороны государства и формированию кадровой Красной Армии была возложена на Высший военный совет, основу которого составила группа генералов старой армии в составе 12 человек во главе с М.Д. Бонч-Бруевичем. Народным комиссаром по военным делам был назначен Троцкий. Осознав, какую пользу могут принести для создания Красной Армии старые офицерские кадры, он стал одним из инициаторов привлечения на службу бывших офицеров, для контроля за деятельностью которых 24 марта был создан институт военных комиссаров. 25 марта СНК утвердил создание новых военных округов, первоначально были созданы Московский, Ярославский, Беломорский, Орловский, Приуральский и Приволжский округа. Для обороны демаркационной линии, установленной после подписания Брестского мира, в марте была образована так называемая «завеса», представлявшая собою систему оперативных объединений, которые состояли из отдельных отрядов и прикрывали важнейшие направления от возможных вторжений германских и австрийских войск.

     Первоначально при формировании Красной Армии отсутствовали утвержденные штаты. Из отрядов добровольцев на местах формировались боевые части исходя из имевшихся возможностей и потребностей. Численность частей колебалась от нескольких десятков человек до 10 000 и выше. При этом в состав соединений новой армии продолжали входить под своими наименованиями остатки старых полков. Формировавшиеся части были разнотипными по численности, составу и организации. Так, численность роты могла составлять от 60 до 1600 человек. Считалось также, что для новой армии нет необходимости вводить воинские звания и знаки различия. Тактика войск определялась наследием тактики старой армии, географическими, политическими и экономическими условиями района боевых действий, а также отражала индивидуальные черты их руководителей. Таким образом, данная организация исключала возможность централизованного управления войсками.

     С расширением масштабов военных действий, советское руководство осознало необходимость в переходе от добровольческого принципа комплектования к строительству регулярной армии на основе всеобщей воинской повинности. В июле V Всероссийский съезд советов установил всеобщую обязательную воинскую повинность трудящихся в возрасте от 18 до 40 лет, отменил выборность командного состава, подчеркнул необходимость широкого использования опыта и знаний военных специалистов из числа бывших генералов и офицеров. Каждому бойцу, получившему от советской власти оружие, вменялось в обязанность беспрекословно подчиняться приказам назначенных ею командиров. В целях установления единого руководства всеми Вооруженными Силами Республики и наиболее целесообразного их использования СНК принял 19 августа декрет об объединении в ведении Наркомата по военным делам всех войск, сформированных другими ведомствами, распространив впоследствии действие этого декрета и на Войска ВЧК.

     К середине марта германские войска, оккупировав Прибалтику и большую часть Белоруссии, прекратили наступление на петроградском и центральном направлениях, однако на южном направлении оно продолжалось. 1 марта немцами был занят Киев, куда вскоре вернулось правительство Украинской народной республики. Однако 29 апреля германские оккупационные власти разогнали Центральную раду, инсценировав избрание на Съезде хлеборобов гетманом Украины генерал-лейтенанта П.П. Скоропадского. Тесня действовавшие против них малочисленные войска Советской Украины под командованием В.А. Антонова-Овсеенко, австро-германские дивизии в начале апреля захватили Харьков и Екатеринослав. В конце апреля немцы оккупировали Крым и Донбасс, а в начале мая заняли Таганрог и Ростов, выйдя на границы восставшей к тому времени против большевиков области Войска Донского. Часть кораблей Черноморского флота перебазировалась из Севастополя в Новороссийск, где 18-19 июня большая их часть в связи с угрозой передачи немцам была затоплена по приказу из Москвы.

     В Закавказье турецкие войска, которым противостояли Грузинский армейский и Отдельный Армянский корпуса, сначала заняли территории, утраченные в ходе военных действий 1914-1916 гг., а затем оккупировали Батум и Карс. По требованию турецкого правительства войска Закавказской демократической федеративной республики были отведены за границу, проходившую до Русско-турецкой войны 1877-1878 гг., но турки продолжали наступление на Тифлис, приблизившись к нему на расстояние 20-25 км. Грузинский национальный совет был вынужден просить покровительства у Германии, и 25 мая из Крыма в Поти прибыл первый эшелон германских войск (3 тыс. чел.). В ночь на 26 мая грузинская фракция Закавказского сейма приняла решение о выходе Грузии из федерации, в результате чего ЗДФР распалась. В тот же день была провозглашена Грузинская демократическая республика, а 27-28 мая – Азербайджанская и Армянская республики. 4 июня Турция подписала с Грузией и Арменией договоры «о мире и дружбе», согласно которым к ней, кроме Карской, Ардаганской и Батумской областей, отходили ряд грузинских и армянских уездов. 10 июня в Тифлис вошли германские войска, их гарнизоны разместились в Кутаиси, Гори, Сингахе, Самтреди, Новосенаки, Очамчире и других городах. Почта, телеграф, банки, военное и финансовое ведомства Грузии перешли под германский контроль.

     После заключение мирного договора между Германией и Советской Россией страны Антанты были озабочены тем, чтобы не допустить захвата немцами крупных складов вооружения, созданных в северных портах России. Уже 2 марта представители англо-французского командования заключили с исполкомом Мурманского краевого совета соглашение о совместных действиях против германской опасности. В течение марта в Мурманске были высажены десанты с двух британских и французского крейсеров. О свержении советской власти первоначально речи не шло: союзники были готовы договариваться с любой властью, которая желала воевать с немцами. В период с 24 марта по 12 мая англо-французские контингенты взаимодействовали с отрядами Красной гвардии в борьбе против союзных Германии частей финской Белой гвардии, пытавшихся захватить Олонец, Карелию и Кольский полуостров. В ходе этих боев финны были разбиты и отброшены за линию границы. В начале апреля под предлогом защиты иностранных граждан и устранения потенциальной опасности со стороны находившихся в Сибири и на Дальнем Востоке австро-германских военнопленных, во Владивостоке высадились три японские роты и полурота британской морской пехоты.

     Между тем, главной задачей большевиков после заключения Брестского мира оставалась ликвидация «очагов контрреволюции», наиболее крупный из которых находился на Юге России. Основной действующей силой антибольшевистского сопротивления здесь являлась Добровольческая армия под руководством генералов М.В. Алексеева и Л.Г. Корнилова, ушедшая после занятия большевиками области Войска Донского на Кубань. 22 февраля (по новому стилю) армия переправилась на левый берег Дона и остановилась в ст. Ольгинская, где была реорганизована в три пехотных полка (Сводно-Офицерский, Корниловский ударный и Партизанский пеший); в ее состав также входили Особый Юнкерский батальон, три конных и один артиллерийский дивизионы, всего около 3,7 тыс. чел. и 8 орудий.

     25 февраля добровольцы двинулись на Екатеринодар в обход Кубанской степи. Сначала они направились на юго-восток и, достигнув пределов Ставропольской губернии, повернули на юго-запад, в Кубанскую область, пересекли железнодорожную ветку Ростов – Тихорецкая, спустились на юг к ст. Усть-Лабинской и вышли к реке Кубань. На всем пути им приходилось вступать в жестокие бои с превосходящими по численности отрядами красных и терпеть многочисленные лишения. Поход проходил в тяжелых погодных условиях (частные перепады температур, ночные заморозки, сильные ветры), получив название «Ледяной».

     Занятие большевиками Екатеринодара 14 марта значительно осложнило положение Добровольческой армии; перед ней встала новая задача – попытаться взять город штурмом. Чтобы ввести противника в заблуждение, Корнилов решил обойти Екатеринодар с юга. Миновав адыгейские аулы и ст. Калужскую, добровольцы достигли 28 марта ст. Новодмитриевской, где 1 апреля фактически соединились с частями Кубанского краевого правительства под командованием генерал-майора В.Л. Покровского. В результате Добровольческая армия была реорганизована в две отдельные пехотные и отдельную конную бригады, а ее численность возросла до 6 тыс. штыков и сабель при 16 орудиях.

     9 апреля добровольцы неожиданно для противника переправились через Кубань у ст. Елизаветинская в нескольких километрах к западу от Екатеринодара. Не произведя необходимой разведки, Корнилов начал штурм города, который защищала 25-тысячная Юго-Восточная армия красных. Все отчаянные атаки белых были отбиты. Корнилов был убит 13 апреля в результате артиллерийского обстрела, находясь в своем штабе  на западной окраине города. Сменивший его на посту командующего генерал-лейтенант А.И. Деникин принял решение об отступлении. Двинув армию на север, он сумел вывести ее из-под прямых ударов противника. Пройдя ст. Бейсугскую, добровольцы повернули на восток, добрались до Ильинской, пересекли железную дорогу Царицын – Тихорецкая и в период с 4 по 13 мая вышли на юг Донской области в район ст. Егорлыкская, Гуляй-Борисовка и Мечетинская.

     Ледяной поход, продолжавшийся 80 дней, за которые было пройдено 1400 км пути, стоивший добровольцам потери около 400 чел. убитыми и 1500 ранеными, не достиг ни своих политических, ни стратегических целей: он не вызвал массового антибольшевистского движения казаков; Алексеев и Корнилов не смогли превратить Кубань в свою базу. Тем не менее, значение Первого Кубанского похода в истории антибольшевистского сопротивления трудно переоценить. Несмотря на потери, Добровольческая армия сумела выжить, сохранившись как боеспособная сила и организующий центр Белого движения на Юге России.

     К тому времени, когда Добровольческая армия вернулась на Дон, ситуация здесь резко изменилась. Двухмесячное господство большевиков сопровождалось жесточайшим классовым террором в отношении офицерства, буржуазии и священнослужителей, грабежами и захватом земли иногородними. Уже со второй половины февраля в донских станицах и хуторах началось пассивное сопротивление советской власти, взявшей курс на борьбу с «кулацкими элементами казачества», а в конце марта в целом ряде станиц вспыхивают вооруженные восстания, для борьбы с которыми большевики направляют карательные отряды. В этой ситуации Н.М. Голубов попытался взять власть в Новочеркасске в свои руки и объявил мобилизацию казаков. В ответ на это 9 апреля из Ростова в Новочеркасск были направлены дополнительные силы красногвардейцев и матросов с бронеавтомобилями. Голубов бежал в ст. Богаевскую, где был арестован восставшими казаками и на следующий день пал жертвой самосуда.

     Вступление карателей в Новочеркасск послужило сигналом к общему восстанию. В течение нескольких дней повстанцы разгромили брошенные против них отряды Красной гвардии и 14 апреля заняли Новочеркасск, образовав Совет обороны во главе с есаулом Г.П. Яновым, как высший орган своей власти. Три дня спустя под натиском превосходящих сил противника казаки были вынуждены отступить на острова у ст. Заплавской, где генерал-майор К.С. Поляков приступил к реорганизации Донской армии. Всего за несколько дней восставшими казаками на добровольной основе было сформировано 7 пеших и 2 конных полка, а также пластунский батальон, - всего 5200 штыков, 1100 шашек, 30 пулеметов и 6 орудий.

     21 апреля Совет обороны объявил себя Временным донским правительством. В результате переговоров с походным атаманом П.Х. Поповым ему, как носителю верховной власти на Дону (в качестве заместителя расстрелянного большевиками атамана А.М. Назарова) было передано высшее командование и военная власть, тогда как Временное правительство сохраняло за собой всю полноту гражданской власти до созыва Круга спасения Дона. Силы Донской армии с 24 апреля были сведены в Северную группу войскового старшины Э.Ф. Семилетова (бывший Степной отряд походного атамана П.Х. Попова, вернувшийся на Дон с началом восстания), Южную группу полковника С.В. Денисова (части в районе ст. Заплавской) и Задонскую группу генерал-майора П.Т. Семенова (дружины левобережных станиц) общей численностью 13,2 тыс. человек.

     В первых числах мая положение восставших казаков серьезно улучшилось благодаря приближению к границам области с запада германских и украинских войск, а с юга – вернувшейся с Кубани Добровольческой армии. Боевые действия в эти дни развивались в высшей степени динамично. 3 мая Добровольческая армия разгромила группу советских войск, наступавшую на ст. Егорлыкская. Пришедший с Румынского фронта добровольческий отряд полковника М.Г. Дроздовского (1100 чел.) 4-5 мая атаковал Ростов и занял железнодорожный вокзал, но затем был вынужден отступить, в то время как восставшие казаки Южной группы 6 мая вновь овладели Новочеркасском.

     Не имея никаких шансов удержаться в Донской области, где земля горела у них под ногами, советские войска эвакуировали Ростов, отступая за Дон. Одна из групп, пробивавшаяся в эшелонах на Ростов с севера, 8 мая создала угрозу Новочеркасску, однако была разгромлена вовремя подошедшими отрядом Дроздовского и частями Северной группы Семилетова, а ее остатки бежали в направлении Царицына. В тот же день донская конница одновременно с немцами вступила в Ростов. Тогда же Добровольческая армия предприняла набег на станцию Крыловская, захватив огромное количество боеприпасов.

     Наконец, на севере Донской области в эти дни произошло еще одно важное по местным масштабам событие. Сыгравший столь заметную роль в утверждении советской власти на Дону председатель Донского Совнаркома Ф.Г. Подтелков с агитаторами и отрядом верных ему казаков решил предпринять экспедицию в северные округа, надеясь провести мобилизацию «против немцев и контрреволюции». Однако предприятие оказалось неудачным. Окруженный превосходящими силами станичных и хуторских отрядов, Подтелков согласился сдаться, надеясь, что его влияние на казаков позволит собрать в ст. Краснокутской станичный сход или митинг и переломить ситуацию в свою пользу. Но разоруженных подтелковцев отправили в х. Пономарев, где 11 мая по приговору наспех организованного военно-полевого суда большинство их было расстреляно, а сам Подтелков и секретарь Донского областного ВРК М.В. Кривошлыков – повешены.

  11 мая в Новочеркасске собрался Круг спасения Дона, на котором присутствовали представители освобожденных от большевиков станиц. 16 мая Круг избрал на пост войскового атамана генерал-лейтенанта П.Н. Краснова и одобрил проект Основных Законов, первый пункт которых подтверждал независимость Донской республики – Всевеликого Войска Донского. До полного освобождения Дона и съезда Большого Войскового Круга атаман получил всю полноту власти по управлению краем и по организации вооруженных сил. Командующим Донской армией был назначен генерал-майор С.В. Денисов.

В сложившихся к тому времени условиях единственной реальной силой, на которую мог опереться Краснов и которую он просто не мог игнорировать, были германские войска, присутствие которых на западных границах Донской области надежно обеспечивало ее тыл. Делегации, направленные атаманом к германскому командованию, основной целью имели заключение соглашения о военной и политической поддержке в обмен на поставки Доном продовольствия для Германии. Эта позиция обусловила неприязненные отношения между Красновым и настроенным в пользу Антанты командующим Добровольческой армией А.И. Деникиным. На встрече в ст. Манычской, состоявшейся в конце мая 1918 г., Краснов отказался признать верховное командование Деникина над Донской армией. Тем не менее, Краснов был заинтересован в поддержании боеспособности Добровольческой армии, прикрывавшей Донскую область с юга, и щедро делился с ней вооружением и боеприпасами с русских складов на Украине, которые ему поставляли немцы.

     Начиная с совещания в Манычской, Краснов неоднократно пытался склонить руководителей Добровольческой армии к перенесению основных усилий на Царицынское направление. Царицын являлся одним из основных пунктов, где концентрировались угрожавшие Дону советские войска, и заинтересованность Краснова в ликвидации этой угрозы была очевидной. Однако Алексеев и Деникин сделали выбор в пользу Кубанского направления, где были сосредоточены еще более крупные силы противника. В случае отвлечения Добровольческой армии на Царицын, как того желал Краснов, прикрывать область Войска Донского с юга от советских войск Северного Кавказа было бы нечем. Намереваясь освободить от большевиков Кубань и Северный Кавказ, командование Добрармии рассчитывало обеспечить себе прочный тыл, а также экономическую и социальную базу в лице кубанского казачества для продолжения борьбы. В то же время оно опасалось, что движение на север может привести к столкновению с немцами, которое не сулило малочисленной армии ничего хорошего.